Открыть меню

«Гроздья гнева» Джона Стейнбека

Давно установился стереотип об Америке, как об экономическом рае. Страна свободы и демократии. Однако с этим наверняка не согласился бы Джон Стейнбек. «Гроздья гнева», написанные им, расскажут читателю о том, насколько тяжёлой могла быть жизнь рядового американца в годы Великой Депрессии. Роман не утратил своей актуальности и сегодня, причём, применительно не только к Соединённым Штатам.


Фридрих Энгельс в незавершённом труде «Диалектика природы» предполагал: не что иное как труд сделал из обезьяны человека. Тезис так и остался лишь гипотезой, но в том, что труд определённо облагораживает и развивает, есть какая-то правда. Именно трудом человек зарабатывает себе и своей семье на жизнь. В труде он самореализуется (сюда относится, разумеется, и труд интеллектуальный).

Но также и эксплуатация существует столетиями. Зачастую на труде работника наживается кто-то ещё. В этом антагонизме заключена классовая борьба. Но что, если человека, желающего работать, попросту лишают возможности трудиться? Отнимают всякие условия для честного обеспечения себя и своей семьи?

Эти вопросы, пожалуй, ставил себе любой, столкнувшийся с безработицей. Автор настоящей статьи сам совсем недавно, уже в XXI веке, на собственной шкуре уяснил, каким жестоким может быть рынок труда в деградирующей рыночной экономике.

Как быть безработному? Анатолий Чубайс однажды, в 90-е годы, бросил фразу: «Они не вписались в рынок».

В Соединённых Штатах Америки, этой Земле Обетованной для любого предпринимателя, похожая философия ходила на 60 лет раньше — зверствовала Великая Депрессия. Справедливый свободный рынок тогда вышвырнул на улицы 25% взрослого населения — тоже «невписавшиеся». Снижение прибылей, ничего не поделаешь.

Великая Депрессия в США

Но это люди. Целые семьи, которые просто хотели бы трудиться и жить. О судьбе таких людей в годы кризиса и написал свой роман прозаик Джон Стейнбек. «Гроздья гнева» — это великая книга о бедах трудового народа в условиях капитализма.

Джон Стейнбек, краткая биография

Стейнбек был потомком немецких и ирландских эмигрантов, покинувших Родину еще в девятнадцатом столетии. Сын школьной учительницы и казначея, он провёл практически всё детство в сельской провинции. Ещё мальчиком видел тяжёлый труд фермеров и мигрантов. Образы людей земельного труда в дальнейшем постоянно описывал в своих произведениях Джон Стейнбек («Гроздья гнева», «О мышах и людях», «К востоку от рая»).

Писатель родился в 1902-м году. Его смело можно отнести к той плеяде авторов,  что пережили столь насыщенную событиями первую половину XX века (в других статьях мы уже говорили о Джордже Оруэлле и Роберте Пенне Уоррене). Кстати, также как его британский коллега Оруэлл, в 20-е годы американец Стейнбек перебивался самыми разными неквалифицированными заработками, лелея мечту в конечном итоге стать писателем. В 30-е же годы литературная карьера, наконец, началась и совпала по времени с мраком Великой Депрессии.

Джон Стейнбек

В 1936-м году Джон Стейнбек много проводил времени с сезонными работягами в штате Калифорния, собираясь написать цикл документальных очерков. Однако изначальный замысел сильно трансформировался. Писатель с удивлением обнаружил не только чудовищные условия жизни и работы этих людей – но ещё и то, что в большинстве своём они были обычными американцами, а не приезжими из Мексики.

Эти и другие наблюдения, в конце концов, помогли прозаику написать один из важнейших американских романов ХХ века – «Гроздья гнева».

Кроме всего прочего, Стейнбек дважды бывал в СССР: в 1937-м и 1947-м. В результате второй поездки появилась документальная книга «Русский дневник», призванная рассказать американскому населению о быте обычного советского гражданина. В Советском Союзе регулярно издавались произведения Джона Стейнбека, в том числе и собрания сочинений.

В 1962-м году получил Нобелевскую премию по литературе.

Книга «Гроздья гнева»

США, 1930-е. Южный штат Оклахома. Из-за череды неурожайных лет, совпавших с тотальным экономическим кризисом по всей территории страны, крупные землевладельцы и банки, руководствуясь соображениями финансовой целесообразности, начинают выселять фермеров, арендующих участки. Сотни семей попросту сгоняют с места, не предлагая никаких альтернатив или помощи.

Гроздья гнева

Присутствие этих людей на земле больше невыгодно – остальное не интересует крупный капитал. Приезжают трактора, равняют дома с землёй и приступают к обработке тех территорий, на которых ещё совсем недавно с любовью трудились фермеры. Растерянные, безработные оклахомские крестьяне на последние сбережения покупают полуразваленные подержанные грузовички и массово со всеми пожитками подаются в солнечную Калифорнию, надеясь найти работу на бескрайних фруктовых плантациях.

Именно в такое время и возвращается домой молодой парень Том Джоуд. Он четыре года просидел в тюрьме Мак-Алестер за убийство – в целях самообороны зашиб лопатой насмерть напившегося знакомого. Тома выпустили досрочно за хорошее поведение, и теперь он надеется просто приехать на родную ферму, встретиться с близкими и немного отдохнуть. Но дом разрушен. Семьи нет.

Только бродит по округе философствующий бывший проповедник Кейси, да ныряет из одной канавы в другую фермер Мьюли, вопреки закону отказавшийся убраться с родной земли. От них Том Джоуд узнаёт последние новости. Остальные Джоуды, как и другие фермеры, вынуждены были покинуть дом с участком – они вот-вот должны уехать в Калифорнию, а пока временно разместились у дяди Джона, брата главы семейства.

В итоге Том воссоединяется с семьёй и решает отправиться вместе с ними искать лучшей доли. Но впереди едва ли их ждёт счастливая участь. По всей Америке крупные капиталисты пытаются сохранить свои состояния в условиях Великой Депрессии, и вопросы трудоустройства деревенских фермеров (пускай даже когда их тысячи) мало беспокоят дельцов.

Об этом и расскажет книга «Гроздья гнева».

Анализ романа «Гроздья гнева»

Реальный материал, почерпнутый Стейнбеком из жизни, в сочетании с выразительной художественной силой писательского языка создаёт воистину мощную смесь, оказывающую колоссальное воздействие на читателя. При прочтении очень трудно не проникнуться сочувствием к обездоленным рабочим Америки и не ощутить загорающейся ярости против алчных, расчетливых банкиров, бизнесменов и даже мелких частных лавочников. Не зря роман носит название «Гроздья гнева» − оно на редкость точное (автор статьи рискнёт заявить, что возможно, это одно из лучших названий в мировой литературе).

Крупные собственники, вроде владельцев тысяч акров земли в Оклахоме или Калифорнии либо безжалостно выкидывают людей с детьми на улицу без еды и жилья, либо платят нищенские зарплаты за изнурительный физический труд, зная, что человек, у которого голодает семья, согласится на любую оплату. А отдельные прощелыги, например, торговцы подержанных машин, впаривают наивным крестьянам всякий хлам втридорога, ни сколько не стыдясь.

Показать со всех сторон бессильную злобу одних, беспринципную алчность других и общий характер жестокого мира капитализма Джону Стейнбеку помогает своеобразная структура произведения. Он чередует главы, рассказывающие сюжет об отдельно взятой семье Джоудов с главами, дающими более обширный взгляд на жизнь США того времени. В этих главах второго порядка мы наблюдаем то за работой придорожной забегаловки, то узнаём о политике уничтожения лишних урожаев на плантациях, то слушаем диалог безымянного фермера с таким же безымянным банковским клерком. Благодаря подобным отступлениям писатель транслирует свою гражданскую позицию и делает это чрезвычайно убедительно.

Приведём несколько цитат:

«Лёгкое движение рычага — и гусеничный трактор отклонился бы от своего пути, но рука тракториста не могла сделать это движение, потому что чудовище. создавшее трактор, чудовище, пославшее его сюда, владело руками тракториста, его мозгом, его мускулами; оно обрядило тракториста в наглазники, в намордник, затемнило наглазниками его разум, приглушило намордником его речь, затемнило его сознание, приглушило слова протеста. Он видел землю не такой. какой она была на самом деле, он не мог вдохнуть в себя её запах; его ноги не разминали комьев этой земли, он не чувствовал её тепла, её силы. Он сидел на железном сиденье, его ноги стояли на железных педалях»

«Арендаторы негодовали: дед воевал с индейцами, отец воевал со змеями из-за этой земли. Может, нам надо убить банки — они хуже индейцев и змей. Может, нам надо воевать за эту землю, как воевали за нее отец и дед?»

 «Это преступление, которому нет имени. Это горе, которое не измерить никакими слезами. Это поражение, которое повергает в прах все наши успехи. Плодородная земля, прямые ряды деревьев, крепкие стволы и сочные фрукты. А дети, умирающие от пеллагры, должны умереть, потому что апельсины не приносят прибыли»

Генри Фонда  в роли Тома Джоуда

В какой-то степени между романами «Гроздья гнева» Джона Стейнбека и «Атлант расправил плечи» Айн Рэнд (о нём мы тоже однажды обязательно поговорим) проходит вся диалектика американского общества. С одной стороны жизнь и проблемы работящих честных людей, с другой стороны – концентрированный эгоизм бизнесменов.

Возвращаясь к «Гроздьям гнева», стоит сказать, что психологические портреты основных персонажей позволяют искренне сопереживать им. И мы считаем нужным выделить несколько особенно примечательных характеров.

Том Джоуд – уже упомянутый нами герой, вернувшийся из тюрьмы. Он честный, прямолинейный парень, с обострённым чувством справедливости, не привыкший давать себя в обиду (потому и попал за решётку). Он не ищет неприятностей специально и не любит много размышлять. «Шаг левой, шаг правой» — такой девиз кажется ему наиболее эффективным.

Том говорит водителю, на попутном грузовике которого возвращается домой:

«Я ничего замалчивать не собираюсь. Ну, сидел я в Мак-Алестере. Четыре года отбарабанил. И одежку мне там дали перед выходом. Пусть все знают, плевал я на это. Вот иду теперь домой к отцу, потому что без вранья работы не найдёшь, а врать я не собираюсь»

Но с развитием истории Тому придётся осознать, что нельзя больше просто шагать. Его горячая душа не может безразлично наблюдать за гнусностью, происходящей повсеместно.

Джейн Дарвелл в роли мамы Джоуда

Мать – пожалуй, самый удачный образ, который предлагают «Гроздья гнева». Эта простая женщина представляет собой стержень всего семейства. Она всех подбадривает, ведёт хозяйство, учит и следит за детьми, не даёт мужчинам расклеиться. Мать принимает эту нагрузку, как должное, и стоически выдерживает все удары судьбы – в этом она немного похожа на героиню книги Максима Горького. Даже когда мужчины дают слабину, не понимая, как реагировать на реальность, женщина воплощает твёрдость и решительность. Лишь со старшим сыном Томом она может быть временами полностью откровенной:

«Ты молодой, ты смотри вперёд, а я… у меня сейчас только дорога перед глазами. Да вот ещё думаю, скоро ли проголодаются, скороли спросят свиных костей. <…> Хватит с меня. Больше я ничего не могу. А задумаюсь, вам от этого хуже будет. Вы все тем и держитесь, что я о своём деле пекусь»

Джон Кэррадайн в роли Джима Кейси

Джим Кейси – когда-то он был священником, но прекратил религиозную деятельность, потому как почувствовал, что недостаточно сильно верит и чересчур часто грешит. В его душу закралось сомнение. Не смотря на то, что многие по-прежнему называют его проповедником, он всячески открещивается от этого звания. Кейси – наиболее рефлексирующий отстранённый персонаж произведения Стейнбека.

Где-то в середине путешествия Кейси говорит Тому:

«Я всё время слушаю. Потому и задумываюсь. Сначала слушаю, что люди говорят, а потом начинаю понимать, что они чувствуют. Я их всё время слышу, я их чувствую; люди бьют крыльями, точно птицы, залетевшие на чердак. Кончится тем, что поломают они себе крылья о пыльные стёкла, а на волю так и не вырвутся».

Он пытается понять смысл жизни, понять человека и его душу, понять, как всем быть дальше. И, судя по всему, в конечном итоге, он это понимает.

Дядя Джон – старший брат отца семейства, горький пьяница. На протяжении многих лет его разъедает чувство вины за смерть жены. Когда-то он вовремя не вызвал ей врача, и она умерла. С тех пор Джон сам не свой, и в отчаянной попытке хоть как-то искупить вину старается делать добро детям своего брата. Несмотря на сложное психическое состояние, он отправляется в путешествие вместе со всей семьёй и всячески старается быть полезным.

Разумеется, и другие герои яркие. И старший Джоуд, и Эл (младший брат Тома), и совсем маленькие Руфь с Уинфилдом. Чтобы насладиться всем калейдоскопом достоверных интересных личностей, рекомендуем взять и прочитать роман.

Фильм «Гроздья гнева»

Обыкновенно говорим об экранизации, если таковая имеется, и о ней не совсем стыдно рассказать. А фильм «Гроздья гнева» режиссёра Джона Форда – совсем не то, от чего можно устыдиться.

режиссёр Джон Форд

Перед нами тот редкий случай, когда великая книга породила не менее великий фильм. Джон Форд поставил картину практически сразу вслед за публикацией романа Джона Стейнбека – в 1940-м году. И определённо можно назвать экранизацию в числе наиболее ярких американских фильмов 40-х годов. Экранная версия Форда в реалистической манере показывает США Великой Депрессии, а отличный актёрский состав успешно оживляет в кадре написанных на бумаге персонажей Стейнбека. Работы Генри Фонды (Том Джоуд), Джейн Дарвелл (Мать) и Джона Кэррадайна (Кейси) запоминаются надолго.

фильм Гроздья гнева

В то же время, кинолента в некоторых аспектах отступает от литературного первоисточника. Наиболее бросающееся в глаза различие – уровень жёсткости. Стейнбек беспощаден к читателю. Его реальность обжигает, злит и не оставляет никакой надежды на то, что всё само станет лучше.

Джон Форд сам по себе сентиментален (это заметно по всей его фильмографии), и он сильно сглаживает острые углы, вдобавок Голливуд того времени не слишком любил представлять жизнь, как она есть – щадил зрителя (или отправлял его в мир грёз). Потому фильм «Гроздья гнева» значительно мягче по общему настрою. Что, конечно, не снижает его художественной ценности.

Кинокартина стала обладателем двух премий «Оскар»: за лучшую режиссуру и лучшую женскую роль второго плана.

По-прежнему «Гроздья гнева»?

Актуальна ли сегодня книга, которую написал Джон Стейнбек? «Гроздья гнева» не принадлежат одной лишь истории литературы. Роман поднимает те же самые вопросы, которые стоят сегодня чрезвычайно остро по всему земному шару. В России в том числе. По-прежнему существуют безработные. По-прежнему существует хищническое желание заработать на горе других. По-прежнему существует бессовестная эксплуатация человеческого труда. По-прежнему в душах людей зреют гроздья гнева. И по-прежнему справиться с этими вызовами можно лишь сообща.

Об авторе: Влад Дикарев

Главный корректор проекта. Род деятельности: режиссёр и сценарист независимого кино. Мой профиль в социальной сети ВКонтакте

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

© 2018 Hobbibook · Копирование материалов сайта без разрешения запрещено
Дизайн и поддержка: GoodwinPress.ru